Дмитрий Шостакович: «Свободен как птица»

Экзамен на пианиста-иллюстратора

24 февраля 1922 года умер отец Шостаковича, Дмитрий Болеславович, и семья осталась почти без денег. «После смерти моего отца мне пришлось очень нуждаться», — вспоминал потом сам композитор. Через год и восемь месяцев, в октябре 1923-го, Шостакович сдал экзамен на пианиста-иллюстратора, а в ноябре того же года его взяли в кинотеатр «Светлая лента» на Невском проспекте, 15, в бывшем доме Чичерина.

Работа тапера выглядела так: пианист садился за инструмент перед экраном и по ходу сеанса на месте подбирал музыку под происходящее — погоню, объяснение в любви, документальные кадры про природу. Нот заранее не было, а часто не было и сценария: тапер видел картину впервые вместе со зрителями и должен был успевать за ней музыкой. Учитель Шостаковича по консерватории Леонид Николаев давал на этот счет один совет, который запомнил сокурсник Шостаковича пианист Павел Серебряков: «Уж если играете в кино, то импровизируйте».

Семнадцать лет спустя, в интервью газете «Вечерняя Москва» в 1940 году, Шостакович вспоминал об этой работе без горечи: «Учась в Ленинградской консерватории по классу рояля и по классу композиции, я одновременно служил в одном из ленинградских кинотеатров». И добавлял: «Я удовлетворял свою страсть к импровизации. Это очень увлекало меня».

Три кинотеатра на Невском

За следующие три года Шостакович успел поработать в трех ленинградских кинотеатрах — «Светлой ленте», «Сплендид-Палас» и «Пикадилли». Все три держал городской трест «Севзапкино», который тогда управлял сетью кинотеатров Петрограда-Ленинграда. В эти же годы Шостакович перенес операцию по поводу туберкулеза лимфатических желез шеи. Ректор консерватории Александр Глазунов похлопотал о путевке в крымский санаторий, а на дорогу туда пришлось продать рояль.

1 июля 1925 года Шостакович завершил Первую симфонию — она стала его дипломной работой при окончании консерватории. Диплом не освободил от заработка: тем же летом он вернулся пианистом в «Светлую ленту» на оклад 134 рубля в месяц. Деньги не искупали усталость. В письме того периода, которое известно по поздним цитированиям (адресат точно не установлен), он оправдывался за свое состояние: «Уверяю вас, что я не гоняю лодыря. Меня очень подкузьмил кинематограф. Я когда прихожу домой, то в ушах у меня стоит киномузыка, а в глазах стоят ненавистные мне герои. Поэтому утром я встаю очень поздно и с больной головой… Ползут в голову всякие гнусные мысли, вроде того, что я продался за 134 рубля „Севзапкино“ и что я стал кинопианистом». 18 октября того же года он писал короче: «Сочинять я ничего не могу. Мне эта музыка даже во сне стала сниться. Это ужасно неприятно».

«Свободен как птица»

12 марта 1926 года Шостакович написал музыковеду Болеславу Яворскому из Ленинграда: «После хорошо проведенного времени в Москве возвращенье мое в „Пикадилли“ было очень печальным для меня фактом. Хотите ругайте меня, хотите нет, но через несколько дней после приезда я подал заявление об уходе. И сейчас я свободен как птица. Нигде нету рояля, и я даже забыл, как на нем надо играть». В письмах тому же Яворскому он объяснял решение так: «В кино служить не пойду, так как это отнимает все вечера и очень утомляет механическое изображение на рояле».

Через два месяца, 12 мая 1926 года, в Большом зале Ленинградской филармонии под управлением дирижера Николая Малько прошла премьера его Первой симфонии. Зал заставил музыкантов повторить вторую часть, а Шостаковича пять раз вызывали на поклон. На следующий день он коротко отчитался перед Яворским: «Успех огромный… Я страшно счастлив».

Новый Вавилон, которого не поняли

Через три года, в 1929-м, Шостакович вернулся в кино — но не тапером. О своей прежней работе он рассказывал режиссеру Леониду Траубергу так: «Я в рассуждении чего-нибудь покушать, будучи в консерватории, играл в маленьком кинотеатре на Невском проспекте, был тапером. И много, много картин помогал довести до зрителя своей музыкой». Эти слова Трауберг позже повторил в интервью киноведу Ольге Дворниченко. Кинофабрика «Совкино», которая потом стала «Ленфильмом», решила заказывать специально написанную музыку вместо компиляций из нотных сборников. В августе 1928 года она выбрала для эксперимента три картины, и одной из них стал немой фильм Григория Козинцева и Леонида Трауберга «Новый Вавилон» о Парижской коммуне 1871 года. Таперскую работу он к тому моменту знал изнутри и для «Нового Вавилона» поставил себе другую задачу: не иллюстрировать кадр за кадром, а писать музыку, которая идет поперек внешнего действия и открывает его смысл.

Премьера прошла 18-19 марта 1929 года — первый в России фильм со специально написанной симфонической партитурой. Кинотеатральные оркестры музыку не приняли. В жалобных книгах нескольких кинотеатров подряд появилась, судя по почерку, одна и та же запись: «Сегодня дирижер оркестра был пьян!» Дирижеры называли Шостаковича нахалом и обвиняли в незнании оркестровки. Через несколько дней залы вернулись к привычным компиляциям, и оркестр снова играл по сборнику пьесу под названием «Восток-река, катание на лодке» — ею раньше иллюстрировали сцены на воде.

Куда делись таперы

5 октября 1929 года, через полгода после премьеры «Нового Вавилона», в ленинградском кинотеатре «Знание» на Невском прошел первый в городе сеанс со звуком — по системе инженера Александра Шорина. В 1931 году вышла «Путевка в жизнь» режиссера Николая Экка, первый полнометражный советский звуковой фильм. В том же году на экраны вышли «Златые горы» Шостаковича: картину начинали как немую, а закончили звуковой. Составители его архивной хроники называют эту работу важной и переломной в его кинобиографии. Годом позже, в ноябре 1932-го, вышел фильм «Встречный» с «Песней о встречном» на стихи поэта Бориса Корнилова — первый всенародный хит советского кино. В том же 1932 году кинотеатр «Пикадилли», где Шостакович когда-то дослуживал последние вечера тапером, получил звуковую аппаратуру и в честь пятнадцатилетия Октября был переименован в «Аврору».

Профессия, которую Шостакович оставил в марте 1926-го, исчезла так же, как похожие профессии по всему миру. Американское Бюро трудовой статистики посчитало: за несколько лет после прихода звука работу потерял примерно каждый второй музыкант, который до этого служил в кинотеатрах США. Причина была не в том, что живая музыка стала хуже, а в том, что одна фонограмма, записанная один раз, заменяла пианиста сразу в каждом отдельном зале.

Похожая развилка стоит сегодня перед профессиями, которые держатся на умении подстроиться под чужую работу в реальном времени: закадровым голосом для роликов, иллюстрацией на заказ, черновым переводом инструкций. Нейросеть берет на себя именно эту часть работы — ту самую, которую век назад держали тысячи пианистов в тысячах кинотеатров. Кто-то из этих профессий уходит так же тихо, как таперство. А кто-то успевает сделать то, что в 1929 году сделал бывший тапер Шостакович: сесть и написать для нового формата музыку, которую сначала никто не умел сыграть.

Источники: сайт издательства «Дмитрий Шостакович» (DSCH), основанного в 1997 году вдовой композитора Ириной Шостакович, раздел «Д.Д. Шостакович. Годы жизни» — страницы за 1922, 1923, 1925, 1926, 1929, 1931 и 1932 годы (shostakovich.ru/33ru, /34ru, /36ru, /37ru, /40ru, /42ru, /43ru); Arzamas, «12 цитат из писем Дмитрия Шостаковича» со ссылкой на сборник «Дмитрий Шостакович в письмах и документах» (сост. И.А. Бобыкина, М., 2000) (arzamas.academy/mag/877-shostakovich); mus.academy, «Союз новаторов, или Как рождался «Новый Вавилон» Козинцева, Трауберга, Шостаковича» (mus.academy/articles/soyuz-novatorov-ili-kak-rozhdalsya-novyy-vavilon-kozintseva-trauberga-shostakovicha); Teletype, «Тапер Шостакович и немое кино», 08.12.2019, со ссылкой на интервью газете «Вечерняя Москва» (1940) и воспоминания Павла Серебрякова (teletype.in/@pantheon/2019-12-08); spb.aif.ru, «От «Пикадилли» до «Авроры». Старейшему кинотеатру исполняется 100 лет» (spb.aif.ru/culture/event/1068313); spb.aif.ru, «Экран заговорил! Как инженер из Ленинграда оживил немое кино» (spb.aif.ru/culture/ekran-zagovoril-kak-inzhener-iz-leningrada-ozhivil-nemoe-kino); aif.ru, «Остался за кадром. Как Дмитрий Шостакович научил петь «великого немого»» (aif.ru/culture/person/ostalsya-za-kadrom-kak-dmitriy-shostakovich-nauchil-pet-velikogo-nemogo); aif.ru, «Другой Шостакович. Как советский композитор обставил хитмейкеров из США» (aif.ru/culture/person/drugoy_shostakovich_kak_sovetskiy_kompozitor_obstavil_hitmeykerov_iz_ssha); «Милосердие.ru», «Каким был Дмитрий Шостакович» (miloserdie.ru/article/dmitrij-shostakovich-genij-srazhavshijsya-s-bas); citywalls.ru, страница дома Чичерина — Елисеевых на Невском, 15, об истории кинотеатра «Светлая лента» / «Баррикада» (citywalls.ru/house1562.html); encyclopedia.com, «Labor Troubles», со ссылкой на отчет Бюро трудовой статистики США 1931 года о сокращении числа театральных музыкантов после прихода звукового кино (encyclopedia.com/arts/culture-magazines/labor-troubles); Wikipedia, статья «The Counterplan Song», использована для проверки даты премьеры фильма «Встречный» и авторства текста «Песни о встречном» (en.wikipedia.org/wiki/The_Counterplan_Song).